СТРАВИНСКИЙ ИГОРЬ ФЕДОРОВИЧ

(17.06.1882–1971)

 



Можно сколько угодно спорить, кто был величайшим композитором ХХ века, но кто был самым знаменитым, известно доподлинно. Игорь Федорович Стравинский – создатель трех стилей, гражданин трех стран – был живым воплощением современной музыки. Стравинский придал модерну облик, доступный широкому восприятию и пониманию. Он дружил с Прустом, Олдосом Хаксли, Чарли Чаплиным, Коко Шанель, беседовал о кинематографе с Уолтом Диснеем, нередко бывал на приемах в Белом доме. Газеты посвящали ему первые полосы, и никакого другого композитора в истории музыки и фотографии не снимали так много и охотно, как его.
Но, хотя нам хорошо знаком его строгий, почти суровый облик, подлинного Стравинского мы почти не знаем. Подобно большинству гениев, он являл собой клубок противоречий: "Скуп, как ростовщик, и щедр как принц", – говорили о нем. Пылкий и расчетливый одновременно, он показывал миру то одну сторону своей личности, то другую, но никогда – всю ее целиком.
Игорь Стравинский – личность поистине уникальная в музыкальном пространстве XX века, его творчество вобрало в себя практически все ведущие направления и стили своей эпохи. По силе воздействия, масштабу и значению для современников и потомков его творчество сравнивают с творчеством Пикассо в живописи. Яркое своеобразное преломление русского фольклора в ранних сочинениях, "архитектурно-музыкальные" конструкции неоклассического периода, мистическая атональность и додекафония позднего творчества – всё это метко охарактеризовал сам Стравинский: "Я вобрал в себя всю историю музыки". Но в то же время его индивидуальный почерк, средства выразительности всегда оставались характерными только для него, составили неповторимый музыкальный язык и метод мышления.
Стравинский изменчив и порою неожиданен, иногда эксцентричен, часто – парадоксален. Но всегда, в любом своем произведении, независимо от жанра, стиля, манеры, он остается самим собой, узнаваемый буквально с третьего такта музыки, властно подчиняющий себе самый разнородный и "неподдающийся" материал.
Родился Игорь Фёдорович 17 июня 1882 года в Ораниенбауме, под Санкт-Петербургом. Отец был известным оперным певцом, мать – пианисткой. Родители дали мальчику музыкальное образование, однако талант был замечен только в студенческие годы, когда Стравинский изучал право в Петербургском университете. В 20 лет он начал сочинять музыку, и когда показал свои сочинения Римскому-Корсакову, прославленный композитор был поражен сочинениями юного Стравинского. Он вызвался давать ему частные уроки композиции, отговорив поступать в консерваторию. Римский-Корсаков преподавал Стравинскому главным образом оркестровое мастерство и по-дружески разбирал каждое новое произведение молодого автора. Профессор прилагал много усилий и для того, чтобы представлять сочинения Стравинского публике.
Огромное значение для формирования композитора имела духовная атмосфера дореволюционного Петербурга. "Я часто думаю, что факт моего рождения и воспитания в городе скорее неоитальянском, чем чисто славянском или восточном, должен был частично обусловить собой направление культуры моей позднейшей жизни", – писал Стравинский.
В 1909 году "Фантастическое скерцо" и "Фейерверк" Стравинского были исполнены в Санкт-Петербурге на концерте, устроенном известным импресарио Сергеем Дягилевым. Он был настолько очарован музыкой Стравинского, что решил представить ее публике на своих Русских Сезонах. Премьера оперы "Жар птица" в Париже произвела настоящий фурор, и Стравинский на следующий день в буквальном смысле проснулся знаменитым. За ним прочно закрепилась слава самого одаренного молодого русского композитора. Успех "Жар птицы" укрепил дружеские и деловые связи Стравинского и Дягилева. На следующих Русских Сезонах они представили балет "Петрушка", главную партию в котором исполнял Вацлав Нижинский.
Критика так отозвалась на премьеру: "Балет Стравинского "Петрушка" – это сама жизнь, вся музыка его полна такого задора, такого здорового веселья, словно вы сами в снежно-солнечный сверкающий день со всем пылом молодой свежей крови втесались в праздничную, хохочущую толпу и слились с нею в неразрывное, ликующее целое".
У Стравинского появляется идея написать симфоническое произведение на языческие мотивы, но Дягилев убедил его использовать форму балета. Таким образом за два года был сочинен балет "Весна священная", где композитор обратился к древности, к савянским обрядам, скифской старине. Его премьера в Театре на Елисейских Полях 29 мая 1913 года впервые в истории музыки спровоцировала зрительские беспорядки. Эта уникальное музыкальное произведение со сменой темпа, дерзким ритмом и нарочитым диссонансом стало отправной точкой развития музыкального модернизма, а имя Стравинского стало символом ультрасовременных тенденций в музыке.
Вот заметки Жана Кокто о представлении "Весны":
«Публика, как и следовало ожидать, немедленно встала на дыбы. В зале смеялись, улюлюкали, свистели, выли, кудахтали, лаяли, и, в конце концов, возможно, утомившись, все бы угомонились, если бы не толпа эстетов и кучка музыкантов, которые в пылу неумеренного восторга принялись оскорблять и задирать публику, сидевшую в ложах. И тогда гвалт перерос в форменное сражение.
Стоя в своей ложе, со съехавшей набок диадемой, престарелая графиня де Пурталес, вся красная, кричала, потрясая веером: "В первый раз за шестьдесят лет надо мной посмели издеваться". Бравая дама была совершенно искренна. Она решила, что её мистифицируют...
Это совершенно в духе публики: ковылять от шедевра к шедевру, всегда отставая на один; признавая вчерашний день, хулить сегодняшний и, как говорится, всегда идти не в ногу со временем».
Насыщенные диссонансами гармонии, умопомрачительно сложные "варварские" ритмы, экспрессивная история столкновения человеческого социума с отдельной личностью и жестокого её уничтожения – таков облик произведения, ставшего эпохальным и во многом определившего принципиальные пути развития музыки.
Контрастом к первому, столь колоритному "фольклорному" периоду творчества стал "неоклассический период" увлечения Стравинского классикой с преобладанием античной мифологии и библейских текстов.
Хорошо выразил суть творческой метаморфозы композитора Жан Кокто: "Изумляет твёрдость этого человека: в то время как толпа обожателей требует: "Ну помучай, побей меня ещё", он предлагает ей тонкое кружево."
Неоклассицизм главенствует в творчестве Стравинского вплоть до начала 1950-х годов, породив огромное количество столь разных по стилистике и по духу произведений. Среди них Концерт для фортепиано с оркестром, балеты «Аполлон Мусагет», «Пульчинелла», «Поцелуй феи», опера-оратория «Царь Эдип». Но одно из наиболее известных сочинений Стравинского этой поры – Симфония псалмов. Она была написана, по признанию автора, "в состоянии религиозного и музыкального восторга". Это произведение стоит особняком в ряду неоклассических творений композитора. Впервые у Стравинского религиозная тема выражена столь истово и откровенно (впоследствии это станет основой для сочинений позднего периода). Трёхчастная композиция выстроена по восходящему принципу: воззвание человеческой молитвой – ожидание Бога – нисхождение с Небес. Финальная часть написана на стихи знаменитого 150-го Псалма, заканчивающегося словами: «Всякое дыхание да хвалит Господа». Не менее прекрасное продолжение религиозная тема получила в Мессе на латинский текст для хора и двойного квинтета духовых инструментов.
Неоклассические сочинения Стравинского – это и апология красоты, и апология духовности в противовес «телесности» ранних произведений, легко обнаруживающих жизненные прототипы. Стремление к «классичности», упорядоченности обычно сопоставляют с аполлонийским началом, а напряженную, взрывчатую, «стихийную» музыку  с дионисийским. Сравнивая эти две стороны творчества с греческими богами Аполлоном и Дионисом, не следует все же забывать о христианской основе творчества Стравинского, которая влияла и на концепции его произведений, и на процесс развития его творчества.
Однажды композитор высказал суждение, которое по существу является ключевым: «Я был рожден не вовремя. По темпераменту и склонностям мне надлежало, как Баху, хотя и иного масштаба, жить в безвестности и регулярно творить для установленной службы и для Бога». Музыка как служение Всевышнему – именно это более всего обнажается в произведениях композитора. Может быть, поэтому Стравинский начинает тяготеть к канону. Отсюда во многих произведениях композитора стремление к «надличностному» тону, которое в опере-оратории «Царь Эдип» привело к использованию латыни как языка прошлого, ставшего символом церковного начала.
Утверждение надличностного, Божественного начала является объединяющим свойством большинства сочинений этого периода и, возможно, первопричиной данного стилевого поворота. Второй причиной является стремление вернуться к мелодической основе музыки, мелодии как господствующему элементу, недаром Стравинский подчеркивал свое преклонение перед музыкой Чайковского.
В 1939 году Стравинский, тяжело переживая утраты дочери, жены и матери, окончательно переезжает в США. После войны Стравинский особенно много концертирует, пишет. Человек увлекающийся, он настолько живо воспринимает окружающую его культуру, что это порой даже удивляет в его творчестве. В музыке Стравинского нашло отражение даже увлечение маэстро джазом.
К этому времени его творчество начало приобретать уже новые черты. Опера «Похождение повесы» подвела итог неоклассическому периоду и была своего рода прощанием с мелодической красотой.
Для многих почитателей творчества Игоря Стравинского его обращение к додекафонии Шёнберга, к 12-тоновой системе уже в семидесятилетнем возрасте столь резкая смена стиля творчества казалась неожиданной и странной. Однако критики и ей нашли свои объяснения и предпосылки в более ранних его сочинениях. Он всегда был открыт для нового, для экспериментов, для познания мира.
Теперь композитор обращается преимущественно к библейской теме, его музыка становится аскетичнее. Поворот к библейской теме не был неожиданным в творчестве И.Ф.Стравинского, а мысль о Боге управляла почти всеми сочинениями композитора.
В последние годы творческой деятельности усиливаются траурные и религиозные настроения, композитор отдаёт предпочтения камерным и вокально-инструментальным жанрам. Резко сокращается число крупных произведений: за 15 лет всего один балет, одно сценическое музыкальное представление "Потоп. Один за другим появляются произведения "памяти..." – Дилана Томаса, Джона Кеннеди, Олдоса Хаксли, Томаса Элиота. Практически все остальные произведения посвящены духовной тематике: здесь и величественный "Canticum Sacrum", пятичастная форма которого продиктована архитектурой притворов собора св. Марка в Венеции, и достаточно продолжительные по времени "Threni" (Плач пророка Иеремии), а также "Проповедь, притча и молитва" и священная баллада "Авраам и Исаак", написанная на иврите. В целом перед нами предстает суровая, сдержанная и одухотворенная музыка.
Жизнь Стравинского близилась к закату. Осенью 1962 года он посетил Россию в канун своего 80-летия. Это был визит триумфатора. Он не был на родине 48 лет. Возвращение, хотя и кратковременное, было необыкновенно важным не только для Игоря Федоровича, но и для развития отечественной культуры. Дело в том, что творчества этого замечательного мастера почти не знали в Советском Союзе, но старательно ругали и запрещали, изучение его партитур могло повлечь исключение из консерватории. После приезда Стравинского для отечественных композиторов открылись новые миры. Сам Стравинский был взволнован воспоминаниями. Радость соединялась с ностальгией по ушедшей жизни.
Проведя большую часть жизни вдали от родны, он всегда считал себя русским композитором. "Я всю жизнь говорю по-русски, по-русски думаю, у меня слог русский. Может быть, в моей музыке это не сразу видно, но это заложено в ней", – говорил Игорь Федорович.
Интересно, что еще в 20-е годы в одной из первых книг, посвященных композитору, Борис Асафьев высказал мнение, что в конечном счете, будущее музыки Стравинского зависит от того, насколько его творчество поймут и примут именно в России.
В 1966 году, когда Стравинский был уже серьёзно болен, написано одно из последних его произведений – "Заупокойные песнопения" (Requiem Canticles) для солистов, хора и камерного оркестра. Сочинение-эпитафия проникнуто светлым предвосхищением Бога и трепетным человеческим приближением к Потустороннему. Лаконичность высказывания, значимость каждой интонации и каждого звука говорит об особой кристаллизации стиля – того стиля, который всегда отличал Стравинского вне зависимости от его исканий в области музыкальной манеры.
Богатая творческая жизнь композитора оборвалась в 1971 году в Нью-Йорке в возрасте 88 лет. Более 60 лет своей творческой жизни Стравинский привлекал внимание музыкальной общественности мира, выступая то как "варвар", наделенный стихийной мощью, то как эстет, стилизующий и модернизирующий искусство прошлых эпох, то как экспериментатор, то как аскет, не приемлющий никакого украшательства в музыке. Но за всем этим всегда чувствовалась выдающаяся личность, живущая в искусстве по своим законах.
Композитор всегда шёл по твёрдо намеченному пути, безошибочный успех которого был виден только ему. Признание или непризнание мало значили для него, так же как и ожидания публики не играли никакой роли. Никогда не потакая ей, он только лишь разрушал ненужные стереотипы и воспитывал вкус, оставаясь при этом самим собою.
В 1934 году Стравинский написал автобиографическую книгу "Хроника моей жизни", которую завершил словами: "Я не пожертвую тем, что люблю и к чему стремлюсь, чтобы удовлетворить требованиям людей, которые в слепоте своей даже не отдают себе отчета, что призывают меня идти вспять. Я не живу ни в прошлом, ни в будущем. Я – в настоящем. Я не знаю, что будет завтра. Для меня существует только истина сегодняшнего дня. Этой истине я призван служить и служу ей с полным сознанием".
Когда он умер, классическая музыка лишилась своего последнего исполина. По словам его издателя, "после смерти Стравинского в музыке стало также пусто, как в искусстве без Микеланджело".
 

 

 

Международная радиостанция КНЛС © 2003- 2008 Все права защищены.